В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

Они предсказывали травмы с помощью компьютерных программ.

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

Лабораторию «Милана» создали после провального трансфера Редондо: его обследовали 12 врачей, а он порвал мышцу на беговой дорожке 

До 2000 года у «Милана» был стандартный медицинский центр, но все изменил один неудачный трансфер.

Сезон-1999/00 прошел феерично для Фернандо Редондо: он влюблял в себя мир яркой игрой (вы точно видели этот финт в четвертьфинале ЛЧ против «МЮ» – после него Фергюсон заявил: «Что у этого парня в бутсах? Магнит?»), завоевал с «Реалом» Кубок чемпионов и получил премию игроку года от УЕФА. Перес до последнего сопротивлялся, но летом 2000-го все же отпустил Редондо в «Милан» за ошеломительные 14 миллионов евро.

Мощный опорник был любовью болельщиков «Реала», но стал головной болью «Милана».

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

Уже во время второй тренировки Редондо надорвал мышцу бедра на беговой дорожке. Неприятно, но еще не катастрофа. Однако дальше с аргентинцем происходило невероятное: через две недели на разминке он споткнулся о небольшую ямку и повредил коленный сустав. Фернандо усугубил ситуацию, сообщив о травме только в конце занятия. Для полного выздоровления аргентинцу потребовалось три операции и два года.

Сильнее всего из-за затянувшегося восстановления переживал Фернандо: в 2001-м он предложил боссам «Милана» лишить его зарплаты.

Редондо дебютировал за «Милан» 3 декабря 2002-го, спустя два с половиной года после трансфера. От мощного и изящного опорника осталась тень: после 16 блеклых матчей он завершил карьеру.

Для всех в «Милане» это стало жесточайшим разочарованием. Дело не в деньгах (хотя аргентинец стоил почти 30 млн евро с учетом зарплаты за четыре года) – кейс Редондо показал, что медицинский штаб нуждается в обновлении.

«С Редондо мы сделали полное медицинское обследование: 12 врачей изучили его от головы до кончиков пальцев, – вспоминает один из врачей. – Он был в идеальном состоянии. А потом он шел по беговой дорожке и порвал мышцы. Я никогда такого не видел».

В 2002-м Берлускони уволил часть медицинского штаба и начал формирование новой команды.

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

Лабораторию создал врач-хиропрактик. Он бежал из Бельгии, работал с олимпийской сборной США и лечил Берлускони

Лаборатория Милана – проект бельгийского доктора Жан-Пьера Меерсмана. Он изменил подход к спортивной медицине.

Меерсман родился и получил медицинское образование в Бельгии и со студенчества фанател от кинезиологии (наука, которая изучает мышечное движение) и хиропрактики (метод медицины, последователи которого считают, что большинство травм появляется из-за перенапряжения мышц и суставов). 

Увлечение Жан-Пьера очень не нравилось бельгийским властям. Дело в том, что кинезиология и хиропрактика относятся к альтернативной медицине. В отличие от доказательной (или каноничной), она не опирается на изученный массив данных, и нет никаких гарантий, что она вылечит пациента. Поэтому  во многих странах альтернативная медицина не утверждена на законодательном уровне, за нее не платят страховку, к ней с недоверием относятся другие врачи. 

Из-за запрета на хиропрактику в Бельгии Жан-Пьер вел подпольную практику, а в 1978-м переехал в США. Там он открыл частную клинику и даже ездил на Олимпиаду-1984 как врач сборной США.

В конце 80-х Меерсман снова переехал: в Италии он поселился на озере Комо, где вел частную практику. На дока обратил внимание Сильвио Берлускони, который любил проводить выходные на Комо в своей резиденции.

Чудаковатый бельгиец с необычным представлением о медицине и вечной сигаретой во рту очаровал Сильвио: с 1988-го политик регулярно приезжал к нему обследоваться, а в 1998-м назначил Жан-Пьера внештатным консультантом «Милана». В 2002-м Сильвио решил, что Меерсман станет идеальный главой нового медштаба.

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

Меерсмана привлекло, что Берл дал ему полный карт-бланш – для бельгийца это уникальная возможность применить идеи и провести исследования. Доверить медштаб человеку, который проповедует альтернативную медицину – крайне новаторское и рискованное решение. Но Берл угадал.

Помимо Жан-Пьера лабораторией рулили психолог Бруно Демичелис и физиотерапевт Даниэле Тоньяччини (возглавил исследовательский центр).

У Демичелиса тоже нестандартная биография: в молодости он работал стеклодувом в родной Венеции, а затем увлекся психологией и поехал изучать ее в США. За огромные габариты игроки «Милана» называли Демичелиса Большой Бруно.

Троицу объединял нестандартный подход к профессии: они верили, что традиционная медицина не всегда эффективна, и искали новые методы.

Лаборатория «Милана» вместе с Microsoft придумала программу, которая предсказывает травмы

Берлускони попросил бельгийца просто снизить уровень травм, но одержимый идеями Меерсман создал самую современную спортивную лабораторию в Европе.

«МиланЛаб» построили на клубной базе Миланелло. Строительство длилось весь 2002 год и обошлось почти в два миллиона евро.

Леонид Слуцкий, который одним из первых среди иностранных тренеров побывал в лаборатории в 2004 году, остался в восторге: «Такого комплекса нет ни у одной команды мира. Любопытно, что эта лаборатория находится под землей и чем-то напоминает секретные объекты, которые показывают в кино».

Лаборатория не только внешне похожа на секретный объект: долгое время ее содержимое тщательно скрывали, и только в 2007-2008 гг Меерсман рассказал о некоторых разработках.

В интервью The Guardian Меерсман сформулировал одно из главных направлений «МиланЛаб» – сбор детальной информации об игроках:

«Наверное, машиной можно управлять без приборной панели, но с ней намного удобнее. Игроки – это машина, а информация – ключ к их использованию. В футболе есть классные водители и хорошие авто, но им всем было бы проще ездить с приборной панелью и дополнительной информацией.

Моя главная идея очень проста: намного проще предотвратить травму, чем лечить ее».

Лабораторию сформировали из специалистов по кинезиологии, хиропрактике, невралгии, биохимии, психологии, стоматологии и даже математике. Жемчужина «МиланЛаб» – аналитический отдел: он совместно с Microsoft создал программу, которая рассчитывает вероятность получения травмы. Сначала аналитики собирали максимально подробную информацию о теле каждого игрока: от биометрических данных до режима питания и бытовых привычек. Затем с помощью специальной формулы (тоже изобретение лаборатории) прогнозировали, при какой игровой ситуации или упражнении игрок вероятнее всего травмируется.

Чтобы разобраться в исследованиях «МиланЛаб»,тмы обратились к неврологу центра реабилитации «Три сестры» Екатерине Данилевич.

«По этой теме нет опубликованных исследований в авторитетных научных журналах, но такая методология кажется вполне реальной. Игроки занимаются определенным видом спорта и выполняют стереотипный объем движений и упражнений.  И на основании стабильных биомеханических данных игрока можно построить какие-то прогнозы, хотя это требует очень больших мощностей для анализа и выявления закономерностей», – прокомментировала Данилевич.

Меерсман действительно собрал огромную аналитическую базу об игроках «Милана». «У нас было около гигабайта информации о каждом игроке. Мы вводили данные, например, Мальдини, задавали действие (например, прыжок) и узнавали, травмируется ли он. Точность составляла 70%», – рассказывал Меерсман.

Исходя из прогноза, каждому игроку разрабатывали индивидуальный комплекс тренировок. Все, что могло привести к травме, исключалось. Например, Зеедорфу запретили тренировать определенные группы мышц, которые уже слишком сильно накачаны. Тренажеры оснастили специальными ключами – без разрешения лаборатории доступ закрыт.

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

В один из первых дней работы лаборатории Меерсман словил вьетнамский флешбэк и загрузил в сеть данные Редондо. Результат предсказуемый – очень высокий риск травмы.

У Меерсмана очень необычный метод диагностики: он вылечил Пато и Зеедорфа через их зубы

Меерсман уберег игроков от будущих травм, но оставалось решить вопрос со старыми. Бельгиец и тут припас новаторское решение.

Жан-Пьер воспринимал организм как единое целое, где все взаимосвязано и работает в едином ритме. По его концепции, источники заболеваний могут прятаться в неожиданных местах. Например, он избавил нескольких звезд «Милана» от хронических травм, просто взглянув на их зубы.

Именно так он помог Алешандре Пато. За шесть лет в «Милане» больничная карта форварда так распухла, что с ней не справился даже «МиланЛаб» (об этом ниже), но сначала бразильцу очень помогли.

Алешандре пришел в «Милан» зимой 2008-го и первое время не мог осилить даже полную тренировку: через 30-40 минут интенсивных нагрузок он задыхался. Доктора обследовали легкие и нос, но не нашли источник проблемы. Тогда за дело взялся Меерсман: он изучил зубы бразильца и обнаружил у него неправильный прикус. Жан-Пьер прописал Пато брекеты, и через пару месяцев он дышал полной грудью.

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

Алешандре Пато на пресс-конференции по поводу трансфера в Милан, август 2007 года

Еще один пример – Кларенс Зеедорф. Голландец оказался в «Милане» в 26 лет, большую часть которых он мучился с хронической травмой паха. Когда Кларенс переходил в «Милан», лаборатория только строилась, поэтому проблему с пахом не решили. В первый день в клубе Зеедорф гулял по Миланелло и встретил Меерсмана. Он знал о проблеме и предложил Кларенсу пройти обследование. Бельгиец сразу понял источник травмы: «Я подключил к его паху и ноге датчики и начал осмотр. Сначала я не понимал в чем проблема, а потом дотронулся до его зуба мудрости, и датчики отреагировали».

В тот же день Кларенсу удалили проблемные зубы, и он навсегда забыл о боли в паху. «Так не принято в доказательной медицине, но мне наплевать», – заключал Меерсман.

«С точки зрения доказательной медицины сложно объяснить, как это работает. Боль – это всегда осознаваемое явление. Мы можем ощущать ее даже при отсутствии повреждения. Например, вы порезали палец, он зажил, а мозг все равно говорит, что палец болит. Такой болевой синдром связан с неправильной обработкой информации в центральной нервной системе. Если в организме есть другие источники боли – это, вероятно, может усугубить неприятные ощущения.

Почему в этом случае произошло облегчение и четко ли оно связано с лечением зубов, сказать невозможно без изучения данных. Но нужно заметить, что для альтернативной (ненаучной) медицины этот эпизод абсолютно логичен. В альтернативной медицине организм представляет единое целое: если сдвиг происходит в одной системе, то он тянет за собой другие биомеханические перегрузки где-то в другом месте. Остеопаты и хироманты даже пытаются выявлять пары мест, которые болят одновременно», – рассказала Sports.ru Данилевич.

Лаборатория справлялась даже с безнадежными пациентами. Многие считают, что врачи «Милана» не помогли Роналдо (бразилец играл за красно-черных в 2006-2008 гг), но это не так. До этого он не понимал, из-за чего толстеет, в «МиланЛаб» ему диагностировали гипотиреоз (длительный недостаток щитовидный железы, из-за которого возникают проблемы с весом) и помогли сбросить 5,5 килограмма.

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

«Милан» создал Комнату разума там игроки побеждали страхи

Меерсман считал, что физическое здоровье невозможно без психологического. Поэтому душой лаборатории стала Комната разума, которую придумал психолог Бруно Демичелис.

За поэтичным названием скрывалось просторное помещение в белой цветовой гамме с семью эргономичными креслами (шесть для игроков, одно для психолога) и большим экраном.

Продолжительность одного сеанса – 20 минут. Первые десять игрок медитирует и погружается в безмятежное состояние, оставшееся время работает с психологом. Вторые 10 минут на экране транслируют стрессовые для игрока моменты (Мальдини показывали его неудачные подкаты, а Индзаги – запоротые голевые моменты). К голове, груди и пальцам прикрепляют электроды, которые выводят на компьютер информацию об активности мозговых волн, реакции мышц и потоотделении. Если игрок нервничает, то врач моментально видит это и помогает ему справиться со стрессом.

«Когда на поле игрок оказывается в аналогичной стрессовой ситуации, он остается хладнокровным и морально подготовленным и добьется успеха», – объяснил Демичелис.

Изначально этот способ применяли для реабилитации после инсульта; «Милан» первым адаптировал технологию в спорте.

После провала в Стамбуле-2005 Демичелис разработал психотерапевтический курс, который помог игрокам забыть о камбэке «Ливерпуля». Терапию оценил Андрей Шевченко, который в том финале смазал решающий пенальти: «В отпуске я не мог заснуть и постоянно думал о промахе. Я как никогда ждал начала сезона, чтобы оказаться в Миланелло. Уже через несколько сеансов в Комнате разума мне полегчало: голова очистилась, и я забыл о провале».

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

Но не все игроки относились к терапии серьезно. «Зеедорф чаще всех посещал Комнату разума. Он забрасывал бесчисленными вопросами нашего психолога, доктора Демичелиса. Этим он отличался от Сержиньо: он давал «пять», говорил – «Доктор, вы – гений», но через секунду забывал все объяснения», – вспоминал Тоньяччини.

«На мой взгляд, это самое классное исследование лаборатории. Действительно психологическое состояние может влиять на скорость реакции человека, на его скорость передвижения», – прокомментировала Данилевич.

В 2009-м Анчелотти перешел в «Челси», прихватив с собой Демичелиса. В Лондоне итальянцы воссоздали Комнату разума. Чаще других ей пользовался Джон Терри: после ужасного финала ЛЧ-2007/08 (капитан «Челси» не забил пенальти, поскользнувшись на мокром газоне «Лужников») его мучили кошмарные флешбэки. 

Количество травм в «Милане» сократилось на 90%. Галлиани так доверял Меерсману, что позволял накладывать вето на трансферы

Лаборатория ошеломляла эффективностью. Летом 2005-го «МиланЛаб» отметил двухлетие, и в честь праздника Меерсман раскрыл статистику:

• Количество травм уменьшили на 90%,

• На 43% сократили количество дней, которые игроки пропускают на больничном,

• Использовали на 70% меньше лекарств.

Конечно, игроки были в восторге от чудес лаборатории. «Мне кажется, к нам теперь переходят, чтобы избавиться от травм», – шутил Гаттузо.

«МиланЛаб» заинтересовал топовые клубы: «МЮ», «Челси», «Бока Хуниорс», баскетбольные «Сан-Антонио Сперс» и «Майами Хит» обращались в «Милан» с просьбой пустить их специалистов на стажировку или экскурсию. Хитрый Меерсман всем отказывал: «Многие могут озолотиться, если узнают наши секреты. Но тогда они перестанут быть секретами».

Боссы «Милана» так доверяли бельгийцу, что в 2005-м подарили ему право трансферного вето. Конечно, любой медицинский штаб может забраковать футболиста, но Жан-Пьер решал вопрос единолично и отказывал игрокам из-за походки (в ней он мог заметить будущие травмы) или если формула предсказывала подверженность травмам.

Меерсман считал такой подход абсолютно правильным: «Каждое решение может стоить клубу 40 или 75 млн евро. Поэтому трансферы должны основываться на данных, а не мнении».

В 2009-м «Милан» завершал трансфер защитника «Порту» Али Сиссоко, но в последний момент сделку отменил Меерсман. Бельгиец изучил зубы игрока и заметил у него повышенную предрасположенность к травмам. 

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

Али Сиссоко в «Валенсии», 2012 год

«МиланЛаб» феноменально продлевал карьеру: золотое поколение «Милана» играло почти до 40 

Профилактика травм, индивидуальные тренировки и вытачивание ментального здоровья оказали поразительный эффект: игроки оставались в шикарной форме, даже когда им было сильно за 30.

«На самом деле возраста не существует. Раньше футболисты играли максимум до 34 лет. Сейчас – до 40», – говорил Меерсман в 2008-м. Криш точно поладил бы с бельгийцем.

В Италии играть до 40 лет так же нормально, как пропускать бокал вина в обед, но «Милан» показывал выдающиеся цифры. В 2007-м команда Анчелотти вышла в финал ЛЧ (второй раз за три года), и обыграла «Ливерпуль» Рафы Бенитеса. Ростер «Милана» впечатлял не только легендарностью имен, но и возрастом.

Теплым майским вечером на поле Олимпийского стадиона в Афинах появились Паоло Мальдини (38 лет), Алессандро Неста (31), Массимо Оддо (30), Филиппо Индзаги (33), Кларенс Зеедорф (31), Марек Янкуловски (30).

Состав «Милана» поставил пару рекордов (или антирекордов): самые старые среди победителей ЛЧ, самые возрастные в розыгрыше ЛЧ-2006/07. Цифры не помешали: «Милан» победил, а Индзаги оформил дубль.

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

«Здесь очень простая философия: вы тренируетесь, чтобы предотвратить травмы. В «Милане» я с каждым годом ощущаю себя лучше», – объяснял Зеедорф.

Слухи о чудодейственных миланских врачах быстро распространились, и клуб привлек несколько статусных и возрастных игроков. Другие топ-клубы не хотели с ними связываться, а в «Милане» их карьеры пролонгировали на несколько лет. «Мальдини отправляли на пенсию в 31 год, но благодаря нам он отыграл еще девять лет, – вспоминает Меесерман. – Когда мы купили 33-летнего Кафу, один человек позвонил мне и сказал, что Кафу бесполезен. Я сделал так, что он отыграл еще пять лет».

У этого явления есть обратная сторона: во второй половине нулевых «Милан» редко оформлял топ-трансферы, полагался на проверенных бойцов и откровенно затянул с перестройкой. В сезоне-2008/09 средний возраст игроков «Милана» составлял 27,6 – больше всех в серии А. Зато опыт приносил победы: с момента основания лаборатории клуб завоевал два скудетто, Кубок, три Суперкубка и две ЛЧ

Лабораторией «Милана» соблазнился даже Бекхэм: ему пообещали продлить карьеру и обнаружили аномалию 

Благодаря лаборатории «Милан» провернул одну из главных имиджевых сделок конца нулевых – дважды арендовал Бекхэма.

Зимой 2009-го англичанин заскучал в Лос-Анджелесе и подыскивал европейский клуб для аренды. Выбрать «Милан» 34-летнего Бекса убедило обследование в миланской лаборатории. После трехчасового осмотра Меерсман заключил, что при определенном подходе к тренировкам Бекс пролонгирует карьеру до 38 лет.

«Тесты показали у Дэвида очень высокий VO2 max (максимальный объем кислорода, который он поглощает при физической нагрузке). Это лучше, чем у многих молодых игроков. При правильном подходе он будет играть до 40 лет!» – заявил тогда Меерсман.

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

К 2009-му англичанин подумывал о завершении карьеры, поэтому его рассмешил прогноз. Но вскоре Бекс убедился, что в лаборатории творят чудеса: после пары недель индивидуальных тренировок (подобрали по программе из начала текста) он уменьшил процент подкожного жира с 15% до 8%.

Меерсман надеялся, что в благодарность Дэвид подпишет полноценный контракт, но через полгода англичанин вернулся в «Гэлакси». Хотя бы предсказание дока сбылось: Бекс завершил карьеру в «ПСЖ» в мае 2013-го, через две недели после 38-летия.

В 2011-м лаборатория умерла: «Милан» сократил финансирование и уволил Меерсмана

Закат лаборатории начался с отставки Анчелотти в 2009-м: Карло очень ценил разработки «МиланЛаб», а следующие тренеры уделяли им преступно мало внимания.

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

Бруно Демичелис и Карло Анчелотти

В 2011-м лаборатория умерла по-настоящему: Меерсмана обвинили в провале кейса Пато (за четыре года бразилец травмировался 15 раз) и уволили. В том же году Берлускони урезал финансирование и закрыл большую часть отделов «МиланЛаб». Закрытие сверхпродуктивной лаборатории из-за одного Пато выглядит безумным. Возможно, между Меерсманом и Берлускони произошел конфликт. Но стороны не рассказали об этом.

«Лаборатория обходилась клубу очень дорого. Некоторые наши наработки еще используют, но все медицинские отделы закрыты. Иногда, когда дела идут очень хорошо, тебе кажется, что можно избавиться от некоторых проектов. Но это не так», – рассказывал Меерсман The Guardian в 2013-м.

Карьеры основателей лаборатории пошли вверх: за восемь лет они раскрутились в звезд спортивной медицины и легко нашли новую работу. Меерсмана тут же позвали в «Челси», а чуть позже бельгиец открыл в Лондоне частную клинику, в клиентской базе которой только топовые спортсмены. 

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу

Жан-Пьера Меерсман на конференции по остеопрактики, 2013 год

После закрытия лаборатории и ухода топовых врачей разрушилась система, которая безупречно работала почти десятилетие. В сезоне-2011/12 «Милан» зафиксировал 307 обращений игроков к врачам и 15 серьезных травм. Многие считают, что из-за травм «Милан» упустил скудетто в том сезоне (занял второе место, на четыре очка отстав от «Юве»).

«Милан» ошибся, когда закрыл лабораторию. В этом году у их игроков постоянно происходили надрывы мышц. В лаборатории легко избежали бы этих травм. Это помешало работе тренера и завоеванию скудетто», – отмечал экс-гендир «Юве» Лучано Моджи.

Летом 2012-го Милан не продлил контракты с Амброзини, Пирло, Гаттузо, Нестой, Индзаги, и эпоха ушла окончательно.

Источник

В нулевые «Милан» придумал суперлабораторию. Там лечили травмы удалением зубов и продлили карьеры Мальдини и Бексу